Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Десять тысяч рублей и квартира в придачу. Кому наниматели предлагают бонусом к зарплате жилье и сколько готовы платить?
  2. «Яндекс Такси» временно приостановил подключение новых перевозчиков в Беларуси
  3. В Беларуси перестал работать еще один сервис «Яндекса»
  4. Маму маленькой Ксюши, которая недавно получила укол от СМА, лишили родительских прав
  5. Гомельчанин не мог получить паспорт из-за проблемы с именами Нона и Лариса
  6. «Билетный рынок — выжженное поле». Как невестка Лукашенко и Дмитрий Басков добились продажи kvitki.by государству
  7. Лукашенко пообещал разобраться с искусственным интеллектом
  8. В Минтруда объяснили, почему решили пересмотреть детские пособия. Дело в возрасте матерей
  9. Лукашенко уволил генерал-майора милиции и назначил новых замминистра обороны и первого заместителя начальника Генштаба
  10. Поезда между Минском и Брестом временно будут следовать другим маршрутом. Некоторые составы отменят
  11. «С нас хватит». Зеленский заявил, что Украина снова будет бить по российским НПЗ
  12. Правда ли, что покупка квартиры — выгодное вложение, чтобы иметь дополнительный доход в старости? Спросили у экономистки
  13. «Моя внешность — как у хоккеиста, психика — как у солдата после окопных боев». Экс-узник Юшкевич написал первый пост после 5,5 лет тюрьмы
  14. «Кто куда-то убегал — побежите обратно». Что говорят беларусские таксисты о «Яндексе» после ударов ВСУ
  15. Нашли погибшим минчанина, который пропал в конце сентября
  16. Одного называют другом Лукашенко, а другого — «кошельком». ЕС снял санкции с двух бизнесменов


Российское издательство «Время» выпустило сборник тюремных произведений политзаключенного белорусского юриста Максима Знака. Книга называется «Зекамерон». Она уже есть в продаже в России, рассказал гендиректор издательства Борис Пастернак.

Фото: Борис Пастернак в Facebook
Фото: Борис Пастернак в Facebook

«Продается в интернет-магазинах „Озон“ и „Вайлдберриз“. Ну, и в обычных российских книжных — куда успели довезти. Идет хорошо, уже есть заказы на допечатку», — написал Пастернак.

По его словам, Максим Знак уже в курсе выхода книги.

Глава издательства привел отрывок одного из рассказов политзаключенного под названием «Это мы»:

Сегодня было его дежурство, и по этому поводу он презентовал купленные на последней отоварке инструменты: савок (так и написано), тряпка для пола. Средство для сантехники, порошок стиральный (добавить щепотку при мытье пола для свежести) и губки. Все это богатство здесь удалось купить — редкая удача!

Через 10 минут после начала уборки он с удивлением смотрел на маленькую черную гряду из мусора. Новый „савок“ пришлось наполнять дважды. А вчера была точно такая же куча. Отчаявшись понять, кто таскает мусор в камеру, он решил спросить:

— Убирали же! Откуда это все?

— Да ты посмотри: пыль с одеял, с ваты, мелкие куски штукатурки со стен, побелки сверху. Это мы. Это мы медленно ломаем тюрьму.

Тюремные рассказы Знака впервые были опубликованы в мае 2022 года в российском журнале «Знамя». На его страницах тогда вышел цикл из около полусотни коротких рассказов, написанных Максимом в СИЗО-1 на Володарского в Минске и переданных на волю в письмах к близким. Также сообщалось, что Знак написал ряд стихов и фантастическую повесть.

В октябре стало известно, что близкие Максима приняли решение больше не публиковать выдержки из его писем в интернете.

Напомним, Максим Знак — адвокат и юрист предвыборного штаба Виктора Бабарико. Его задержали в сентябре 2020 года вместе с главой штаба Марией Колесниковой. Оба проходили по одним и тем же уголовным статьям: их обвинили в заговоре, совершенном в целях захвата государственной власти неконституционным путем (ч.1 ст. 357), создании экстремистского формирования и руководстве им (ч.1. ст. 361−1), публичных призывах к захвату госвласти (ч.3. ст. 361).

Минский областной суд 9 сентября 2021 года вынес обвинительный приговор и назначил 11 лет колонии общего режима для Марии Колесниковой, для Максима Знака — 10 лет колонии усиленного режима.

До конца декабря 2021 года Знак оставался в СИЗО, затем его перевели в колонию № 3 в поселке Витьба Витебского района. В ООН признали лишение его свободы неправомерным.