После помилования бывшие политзаключенные в Беларуси продолжают сталкиваться с серьезными ограничениями, затрагивающими их повседневную жизнь. Аннулированные паспорта, профилактический учет, риск нового уголовного преследования и препятствия для трудоустройства — о такой практике «Вясне» рассказал бывший политзаключенный. Это сокращенный текст, полную версию материала можно прочесть по ссылке.
Бывший политзаключенный Антон (имя изменено в целях безопасности), которого помиловали в этом году и он остался в Беларуси, рассказал что при освобождении мужчина получил свидетельство об освобождении и паспорт. Но через несколько дней он узнал, что его паспорт аннулирован. При этом в паспортном столе заменить документ ему отказались.
Правозащитник «Вясны» Владимир Лабкович отметил, что такое ограничение в правах не соответствует ни беларусскому законодательству, ни международным стандартам.
«Без паспорта ты даже не имеешь возможности формально подтвердить свою личность при открытии счета, в больнице, тебе не могут оказывать медицинскую помощь, ты даже не можешь распоряжаться своей недвижимостью. Человек абсолютно выпадает из социума. Люди, не имеющие паспорт, фактически приравниваются к людям, находящимся в стране нелегально», — пояснил Лабкович.
По словам Антона, на свидетельстве об освобождении указано, что его выпустили на свободу с «возможностью остаться в Беларуси».
«Меня сразу предупредили, что судимость с меня не сняли, так как это не предусмотрено указом президента. На моем удостоверении только написано об освобождении с возможностью остаться в Республике Беларусь. То есть они якобы позволяют мне жить в Беларуси», — рассказал мужчина.
Лабкович объясняет, что помилование может предусматривать различные формы смягчения наказания.
«Например, может быть полное помилование со снятием судимости и различных ограничений. Может быть неполное: когда, например, человек освобождается от отбывания уголовного наказания в виде лишения свободы, но другие ограничения, как штраф и судимость, остаются. И это соответствует беларусскому законодательству», — рассказал правозащитник.
Антон отмечает, что после освобождения политзаключенных сразу поставили на профилактический учет. Их предупредили, что им запрещено посещать массовые мероприятия, включая городские праздники, а также собираться компанией более двух человек.
«Сами инспекторы постоянно угрожали административным преследованием. Говорили, что на праздники будут „закрывать“ в ИВС», — рассказал Антон.
Также, по словам экс-политзаключенного, сотрудники милиции требуют от освобожденных политзаключенных трудоустроиться в течение 14 дней. Но бывшие узники постоянно сталкиваются с отказами в трудоустройстве из-за судимости или из-за включения человека в списки «экстремистов» и «террористов», которые ведут МВД и КГБ. Кроме того, бывшие политзаключенные, внесенные в «террористический список», не могут свободно распоряжаться своими деньгами.
Если человек не может трудоустроиться самостоятельно, сотрудники милиции, по словам Антона, угрожают принудительно направить его на работу на мусорный полигон. Заработок в таком случае перечисляется на отдельный счет, а чтобы получить эти деньги, человек должен подать соответствующее заявление, рассмотрение которого может затягиваться.
По словам Владимира Лабковича, такая практика противоречит международным обязательствам Беларуси.
«Включением человека в „террористический список“ государство фактически ограничивает все права человека как гражданина страны. Он не может пользоваться элементарными вещами, которые в обществе просто необходимы для жизнедеятельности: такие как наличие счета, мобильной связи. Это полная дискриминация и социальная изоляция. Поэтому мы требуем, чтобы те люди, которые вышли на свободу по помилованию или по отбытию срока, были восстановлены в своих гражданских правах», — отмечает Лабкович.