Бывший политзаключенный и экс-следователь Евгений Юшкевич рассказал, что в беларусской колонии ему угрожали пятью сутками ШИЗО за одно слово на польском языке. По его словам, заключенным запретили хранить учебники польского, а все найденные книги, в том числе его личные, сожгли.
Спустя два месяца после освобождения Юшкевич опубликовал в Threads пост, где ответил на вопросы о жизни в заключении и после выхода на свободу. В частности, он рассказал о запретах, с которыми столкнулся в колонии.
«Многое, но самое удивительное и сейчас мне нужное — польский язык. Ощущение, что в какой-то момент в колонии хранить учебник польского языка было опаснее, чем небольшой противотанковый гранатомет», — написал бывший политзаключенный, который после освобождения и принудительного выдворения из страны обосновался в Польше.
По словам Юшкевича, как-то раз ему прямо пригрозили наказанием за разговорную практику на польском языке:
«Однажды мне предложили: „Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?“. Все (и мои личные) учебники польского в колонии в самом начале этой кампании просто забрали и сожгли, а их было много».
Доходило и до курьезных ситуаций, вспоминает экс-следователь.
«А когда мы обсуждали книги американского нейробиолога Роберта Сапольски, стукачи бежали с доносами, что „бэчары учат польский“. Зачем все это? Я не понимаю. Да, сжигали. Учебники. Польского. А потом сами же вывезли в Европу», — написал бывший политзаключенный.
Евгений Юшкевич — бывший следователь Следственного комитета и создатель проекта ByChange, который помогал людям, уволенным по политическим мотивам. Его задержали в апреле 2021 года и приговорили к 11 годам колонии. 16 сентября 2026 года Юшкевича освободили после переговоров беларусских властей с представителями США и принудительно вывезли в Литву.
Ранее другие политзаключенные также рассказывали о наказаниях за изучение польского языка. Например, один из бывших узников Владислав Ефимович вспоминал, что получил десять суток ШИЗО после того, как у него нашли учебник польского и чешского языков. По его словам, в колонии польский и украинский считали «языками врагов».






